ПРЕЗУМПЦИЯ НЕЗНАНИЯ

        Талиб Якубов

        В годы независимости правоохранительные органы Узбекистана играючи отправили десятки тысяч людей в тюрьмы. Хотя, как посмотришь, уголовное законодательство страны не хуже того же законодательства иных демократических государств. Так в чем дело? Почему следователи прокуратуры, милиции, Службы национальной безопасности (СНБ) и других ведомств, а так же судьи всех уровней, причастные уголовному делопроизводству, на каждом шагу без зазрения совести, грубо, безнаказанно нарушали нормы процессуальных законов?

Вот что писало ОПЧУ в своем докладе от 7 января 2004 года: (Цитата):

«В том же 1992 году власти начали планомерное наступление на позиции светской оппозиции, и уже к концу этого года некоторые руководители оппозиции вынуждены были покинуть страну. К концу 1993 года «Бирлик» и «Эрк», неправомерно лишившись своих законных регистраций, вынуждено приостановили свою активную деятельность.

С 1994 года власти Узбекистана приступили к реализации своего основного замысла: масштабной чистки по религиозным убеждениям, т.е. заведомо противоправного вмешательства в деятельность конфессий, конституционно отделенных от государства. К 98-му году была в основном завершена огромная работа, из негласных достижений которой в частности имеет смысл выделить следующее:

А1) Первая статья, посвященная «ваххабизму», появившаяся на страницах одного из журналов в 1994 году, была написана не ученым-историком или ученым-исламоведом, а заместителем прокурора одной из областей Ферганской долины. В этой очень большой по объему статье прокурор «разобрал» его «по косточкам» и «показал» насколько данное течение в исламе представляет угрозу Центральной Азии и, в частности, Узбекистану. Вскоре почти все журналы и газеты Узбекистана перепечатали данную статью на своих страницах. Она явилась по существу сигналом к наступлению на подавление религиозных прав граждан (большевики еще 1917 году использовали выстрел из пушек крейсера «Аврора» как сигнал к вооруженному свержению существующего тогда в России политического режима);

А2) Примерно в это время началась кампания против использования в мечетях усилителей звука при отправления муэдзином азона, призыва мусульман к намазу. Было объявлено, что якобы с требованием запретить использование звукоусилителей в мечетях к властям письменно обратились более миллиона граждан;

А3) Контингент сотрудников милиции и Службы национальной безопасности (СНБ) был увеличен в десятки раз. Для сравнения: лет 15 тому назад в Узбекистане число милиционеров не превышало 40.000, в данное время только в г. Ташкенте задействованы более 50.000 милиционеров;

А4) Сотрудниками СНБ и МВД в течение нескольких лет был составлен «список неблагонадежных лиц», подлежащих осуждению по разнарядке криминальных обвинений, в который вошли более 250.000 граждан всего Узбекистана в возрасте от 20 до 45 лет; к составлению списка привлекались негласно внедренные в мечети информаторы, участковые инспекторы милиции, руководители органов местного самоуправления, завербованные и внедренные в различные организации и объединения граждан осведомители, и т.д.; в числе неблагонадежных в список были занесены:

а) критически мыслящие имамы, независимые ученые-исламоведы, студенты догматического богословия, вплоть до учащихся средних школ с обучением арабского языка;

б) лица миссионерского склада, т.е. тяготеющие к освоению религиозно-правовых предписаний и морально-этических норм ислама, арабского языка и других литературных памятников ислама в самодеятельных кружках;

в) лица склонные к обрядности ислама, т.е. отправляющие пятничный намаз в мечети, — обязательного предписания ислама для каждого мусульманина;

г) лица причастные к бытовому исламу, т.е. которые соблюдали регламент намаза в домашних условиях и т.д.

А5) Прошли специальную переподготовку судьи, сотрудники милиции, прокуратуры, СНБ на лояльность политике «борьбы» Президента с «исламским экстремизмом», «международным терроризмом» и т.д.; все уклоняющиеся от повышения репрессивной компетенции, были уволены или осуждены; была укомплектована специальная группа следователей с садистскими наклонностями, под служебные обязанности домогательства признаний от подследственных посредством пыток; с такими же садистскими наклонностями были подготовлены сотрудники-надзиратели пенитенциарных учреждений (тюрем, колоний исполнения наказаний и т.д.);

А6) Были скорректированы Кодексы (Уголовный, Уголовно-процессуальный, Уголовно-исполнительный и т.д.) в сторону ужесточения санкций по религиозным убеждениям (сентябрь 1994 года и далее); по мере нарастания репрессий УК РУз дополнен новыми статьями, значительно расширяющими сферу квалификации преступлений, в частности за убеждения;

А7) Были созданы специальные концлагеря для узников совести близ поселков Жаслык (Каракалпакистан) и Зангиота (Ташкентская область);

А8) Были сформированы группы специалистов (работники спецслужб, следователи, юристы, историки, писатели, представители духовенства и т.д.), которые отрабатывали версификации типовых обвинительных заключений, приговоров суда и другие унифицированные документы;

А9) Прошли «обработку» все, с небольшим исключением, адвокаты на лояльность политике «борьбы» с «исламским экстремизмом», «международным терроризмом» и т.д. Такую же «обработку» прошли работники судебно-медицинских, судебно-баллистических и других экспертиз; были созданы специальные судебно-литературные экспертные группы;

А10) Работникам правоохранительных органов были прокомментированы негласные возможности инсинуаций оснований для возбуждения уголовных дел, в частности практика подбрасывания в квартиры, автомашины или подкладывание в карманы задержанных наркотических веществ, патронов, обрезов, автоматического оружия как взятие с поличным;

А11) Была дана установка на широкое использование прессы, телевидения, радио для нагнетания антиисламского психоза вокруг экстремизма, фундаментализма и других «измов» угрожающих общественной безопасности и порядку;

А12)  С 1991 года внедрено ограждение всех государственных зданий (от Резиденции Президента до здания районного отделения милиции) железными «парапетами» трехметровой высоты; дороги страны в срочном порядке обустраивались блокпостами, оборудованными огневыми точками – ДОТми. С военной точки зрения, данные средства «защиты» не имеют практического смысла.

Таким образом, только с применением пыток можно было добиться «признания вины» от обвиняемого, которое впоследствии составляло основу судебного доказательства. Все эти годы уголовное правосудие Узбекистана основывалось на пресловутой ПРЕЗУМПЦИИ ВИНОВНОСТИ, на основе которой средневековая европейская инквизиция строила в свое время обвинительные вердикты. Вся огромная машина подавления в лице милиции, СНБ, прокуратуры, судебных органов и СМИ работала для:

— формирования в сознании людей страха перед властями;

— нагнетания антиисламского психоза вокруг экстремизма, фундаментализма, терроризма и других «измов» угрожающих общественной безопасности и порядку;

— подведения общественного мнения к тому, что только нынешний глава государства своей политикой способен противостоять любому проявлению, угрозе экстремизма, терроризма и т.д., поэтому он должен оставаться на своем посту, если даже для этого потребуется изменить Конституцию».(Конец цитаты).

Совершенно очевидно, что во главе всей этой кампании стоял сам глава государства и никто иной. Только он мог дать команду «фас» для начала грандиозному, человеконенавистническому, неслыханному по своим масштабам проекту насилия над народом Узбекистана. К сожалению, в стране нашлись немало людей, которые с охотой согласились участвовать  в его реализации: от простого милиционера до министров и депутатов. Но им было обещано абсолютная безнаказанность, т.е. право нарушать законы как угодно и сколько угодно, немалые привлегии, освобождение от чувства угрызения совести. У человека с садистскими наклонностями только при таких условиях и обещаниях могут они проявиться в полной мере. Но, подавляющая часть этих людей, хотя они имели высшее юридическое образование, были малообразованными. Почему?

Юридическое образование, юридические факультеты при ТашГУ и других университетах до 80-х годов котировались невысоко, конкурсы почти не наблюдались. И вдруг ажиотаж при поступлении на юридические  факультеты стал нарастать с невыданной силой. Было время, когда при ТашГУ во время приемных экзаменов работали две комиссии – одна при юридическом факультете, другая для всех других факультетов. Взятки при поступлении стали брать в долларах.

Помню случай. Как-то я оказался среди группы ученых, человек 10-12. Речь пошла о взятках при поступлении на юридические факультеты. Один из беседующих сказал: «Помяните мои слова, пройдет лет 10-15, и это обернется против нашего народа большой бедой. Ни один родитель не станет раскошеливаться на взятки для того, чтобы его чадо поступило на юридический факультет в надежде на то, что его сын или дочь, став юристом, будет свои знания применять для защиты простых людей. Он предполагает, что данная взятка вернется к нему увеличившись в сотни раз ». Так и случилось. В то время когда И.Каримов начал реализовывать свой страшный проект штаты прокуратуры, милиции, СНБ, судов, таможенной и налоговой служб,  управления системой исполнения наказания и других силовых органов стали заполнять в основном выпускники тех лет. Вряд ли человек, поступивший на юридический по-блату, утруждал себя зубами грызть гранить юридической науки. Ясно, что за него в основном «работала» взятка.

В уголовно-процессуалных вопросах имеются ряд моментов, которых следователи стараются обойти. Одним из таких моментов заложен в статьях 46, 48 и 53 УПК РУз, а именно: не нарушать право обвиняемого  знать в чем он обвиняется, а также право защитника знать в чем обвиняется  лицо, интересы которого он защищает. Необходимо здесь пояснить, что термин «право знать в чем обвиняется» включает в себе не только зачитание обвиняемому описательную диспозицию уголовной статьи, которую ему предъявляет следователь, но и расшифровку всех терминов, содержащиеся в данной статье, а также внесение данной расшифровки в протокол допроса и вручение ее письменной форме обвиняему. Аналогично, относительно права защитника вопрос ставится так же. Напр., если обвиняемому предъвлена вина по статье 167 (Хищение путем присвоения или растраты), то следователь должен ему объяснить (по-крайней мере), что означает: 1) присвоение чужого имущества; 2) растрата чужого имущества; 3) крупный размер хищения; 4) опасный рецидивист; 5) предварительный сговор группы лиц; 6) особо крупный размер хищения; 7) особо опасный рецидивист; 8) организованная группа; 9) хищение с использованием средств компьютерной техники.

Задержанный или арестованный человек, не обладающий юридическими знаниями, вполне может не знать, что его право знать в чем он подозревается или обвиняется прописано в статьях 46 и 48 УПК РУз. Естественно, об этом ему могут сообщить либо дознаватель (или следователь), либо его защитник. Вполне возможно, что дознаватель (или следователь) могут не знать смысл некоторых терминов. Но в этом случае кодекс предусматривает приглашение экспертов и специалистов к производству уголовного дела, услугами которых могут воспользоваться дознаватель или следователь. Мне приходилось участвовать в производстве ряда уголовных дел в качестве защитника, но я ни разу не видел, что следователь следует требованиям статей 46, 48 и 53 УПК РУз. Более того, я ни разу не слышал, что кто-либо из адвокатов потребовал от дознавателя или следователя исполнить право подследственного знать смысл терминов, входящих в уголовные статьи, которых ему предъявляют.

Когда анализируешь       преступления дознавателей и следователей, нарушающих процессуальные законы, можно брать практически любую статью УПК РУз. В данной же статье я намерен на конкретном примере остановиться на вопросе презумпции незнания. В различных областях юриспруденции существуют большое количество различных презумпций. Одной из них является презумпция невиновности (статья 23УПК РУз), которая гласит:  «Подозреваемый, обвиняемый или подсудимый считается невиновным пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда». Рассматриваемая же мной «презумпция незнания» хотя в УПК не внесена отдельной статьей, но она усмативается из диспозиций статей 46, 48 и 53 УПК РУз. Данная презумпция означает, что обвиняемый считается незнающим в чем он обвиняется, пока его знание в чем он обвиняется будет доказано следователем в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Конкретный пример заключается в следующем: 24 мая 2002 года был арестован Юлдаш Расулев, член Общества Прав Человека Узбекистана (ОПЧУ) из Карши и немедленно был вывезен в Ташкент, где его поместили в изолятор временного содержания (ИВС в подвале МВД РУз). Акрам Каршиев, майор милиции, старший следователь МВД, кому было поручено проведение следственных действий, с самого начала стал нарушать нормы УПК РУз. Напр., ИВС при МВД не является следственным изолятором (СИ, т.е. тюрьмой). В силу статьи 226 (Срок задержания) задержанного в ИВС можно держать не боле трех суток (72 часа). А.Каршиев же продержал Ю.Расулева 40 (!!!) дней.

Через 40 дней после задержания Ю.Расулева я и его сестра Хакима Расулева включились в его уголовное дело в качестве защитников. Я сразу вручил следователю ХОДАТАЙСТВО о разъяснении смысла терминов, полный текст которого привожу ниже.

МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РУз

                                        СЛЕДСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ МВД РУз

                                        СТ. СЛЕДОВАТЕЛЮ СУ МВД РУз

                                        майору милиции А.С.КАРШИЕВУ

                                        от Талиба Якубова, защитника

                                        подследственного Расулева Юлдаша Иргашевича

        ——————————————————————

700093 Ташкент, Юнусабад-4, д.15, кв.27

                ХОДАТАЙСТВО о разъяснении смысла терминов

Моему подзащитному Расулеву Юлдашу Иргашевичу инкриминируется обвинения, предусматривающиеся в пункте «б» части 3 статьи 159, части 1 статьи 242, пунктах «а» и «в» части 3 статьи 2441 и части 1 статьи 2442. Как видите, обвинения серьезные.

Мой подзащитный по образованию не является юристом, следовательно, после его ареста 24 мая 2002 года между ним и Вами возникла ПРЕЗУМПЦИЯ НЕЗНАНИЯ. Это означает, что возникли отношения между двумя лицами, один из которых обладает высшим юридическим знанием, а другой таким знанием не обладает.

При чем лицо, обладающее высшим юридическим знанием, обвиняет другого, не обладающего этим знанием, в совершении тяжких преступлений, которых он, возможно, не совершал. Согласимся, что эти обвинения могут круто изменить судьбу моего подзащитного, причем в сторону резкого ухудшения.

Незнание подследственного сути предъявляемых ему обвинений, а он, как известно, не обладает юридическим знанием, может существенно отразиться на построении им своей защиты. Вы, человек, обладающий высшим юридическим знанием, обязаны подследственному  Расулеву Ю.И. объяснить, в чем Вы его обвиняете. Иначе это можно квалифицировать как злым умыслом, КОРЫСТНЫМ отношением следствия к подследственному Расулеву Юлдашу Иргашевичу.

Пока Вы  в своем обвинении привели лишь формулировки из Уголовного Кодекса РУз, предъявленных обвинений.

Еще 8.07.02 при объявлении обвинения моему подзащитному я потребовал, чтобы в протокол были внесены разъяснения терминов, составляющих основу формулировок из Уголовного Кодекса РУз, предъявленных обвинений, на что Вы ответили отказом.

Я, будучи защитником Расулева Юлдаша Иргашевича, все же настаиваю, чтобы Вы дали письменное разъяснение на все термины, имеющихся в формулировках из Уголовного Кодекса РУз, предъявленных ему обвинений.

Исходя из вышесказанного

ПРОШУ:

дать исчерпывающее разъяснение смысла терминов, заложенные в формулировки  обвинений из Уголовного Кодекса РУз, предъявленных Расулеву Юлдашу Иргашевичу.

Ниже перечисляются все эти термины.

  1. I.    Пункт «б» части 3 статьи 159 УК  РУз:

1)           Публичные призывы; 2) Неконституционное изменение существующего государственного строя; 3) Захват власти; 4) Отстранение от власти законно избранных или назначенных представителей власти; 5) Неконституционное нарушение единства территории Республики Узбекистан; 6) Насильственные действия, направленные на воспрепятствование законной деятельности конституционных органов власти; 7) Замена конституционных органов власти непредусмотренными Конституцией;  8) Параллельная структура власти – 9) Организованная группа; 10) Интересы организованной группы; 11) Что означает «совершение деяния в интересах организованной группы»?;

II. Часть 1 статьи 242 УК РУз:

1)  Преступное сообщество; 2) Создание преступного сообщества; 3)  Руководство преступным сообществом либо его подразделением; 4) Деятельность, направленная на обеспечение существования и функционирования преступного   сообщества;

III.  Пункты «а» и «в» части 1 или части 2 статьи 2441 УК РУз:

1) Идея религиозного экстремизма; 2)  Идея религиозного сепаратизма; 3)  Идея религиозного фундаментализма; 4) Что означает «призывы к насильственному выселению граждан»; 5)  Использование религии в целях нарушения гражданского согласия; 6) Установленные правила поведения в обществе; 7)  Что означает «создание паники среди населения»?;

IV. Часть 1 статьи 2442 УК РУз:

1)  Религиозная экстремистская организация; 2)  Религиозная сепаратистская организация; 3) Религиозная фундаменталистская организация; 4) Запрещенная организация; 5) Создание религиозной экстремистской (сепаратистской, фундаменталистской) организации; 6) Руководство религиозной экстремистской (сепаратистской, фундаменталистской) организацией; 7) Участие в религиозной экстремистской (сепаратистской, фундаменталистской) организации.

Прошу приобщить данное ХОДАТАЙСТВО к материалам уголовного дела №20/39089.

Талиб Якубов – защитник подследственного Расулева Юлдаша Иргашевича, проходящего по уголовному делу №20/39089.

18.07.02

Вот как ответил старший следователь МВД РУз А.С.Каршиев [его Постановление я привожу с моими комментариями]: (Начало):

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

об отказе удовлетворения ходатайства

28 июля 2002 года

г.Ташкент

Старший следователь ГСУ МВД Республики Узбекистан майор милиции Каршиев А.С., рассмотрев ходатайство защитника Якубова Т. по уголовному делу №20/39089,-

У С Т А Н О В И Л:

        В процессе предъявления обвиняемому Расулеву Юлдашу Иргашевичу окончательного обвинения по ст.ст.242 ч.1, 159 ч.3 п. «б», 244-1 ч.3 п. «а», «в», 244-2 ч.1 УК Республики Узбекистан от его защитника Якубова Т. поступило устное, а затем 26 июля 2002 года письменное ходатайство о том, чтобы в протоколе допроса обвиняемого следователем были даны исчерпывающие разъяснения смысла терминов, заложенных в статьи Уголовного Кодекса Республики Узбекистан, предъявленных Расулеву Ю.И.

Комментарий

Заурядная уловка софиста1). Опровержение по существу заявленного ходатайством микшируется2) некой бланкетностью3) его разрешения. При этом обычно происходит  подмена оспариваемого предмета. Так речь идет об игнорировании следователем своей прямой обязанности по разъяснению квалификации в порядке предъявления им обвинения4). Недостаточно точная идентификация предъявляемой квалификации под фактическое деяние, реально закрепленное в порядке предварительной проверки обстоятельств события, свидетельствует об отсутствии оснований для предъявления соответствующего обвинения и считается не предъявленным, со всеми вытекающими из этого последствиями. Цитата умышленно уводит коллизию5) к протоколу допроса.

Данное ходатайство не может, удовлетворено по следующим основаниям:

В протоколе допроса обвиняемого отмечаются все факты, имеющие отношении к инкриминируемому преступлению и иные существенные обстоятельства. Порядок оформления протокола допроса обвиняемого указан в ст.96-108, 109-111 Уголовно-Процессуального Кодекса Республики Узбекистан. Протокол допроса Расулева Ю.И. составлен именно в соответствии с требованиями указанных выше статьей.

Комментарий

Налицо умышленное извращение процессуальной обязанности следователя засвидетельствовать в должном порядке свои  правомочия  по проведению допроса  в форме предъявления соответствующего обвинения, т.е. доказательств полной обоснованности применения им процессуальных инструментов доказательственного плана. Следователь, всего лишь формальное донесение содержания статьи считает достаточным для домогательства удостоверения якобы предъявленного обвинения. Понятие ‘предъявить’ означает общедоступно показать реальные основания  в подтверждение конкретных  полномочий. Отсутствие  оснований  для проведения  допроса  неопровержимо доказано злостным уклонением самого следователя от должного  разъяснения квалификации в порядке  предъявления им обвинения. Таким образом, незаконны не только допрос, но и само привлечение Ю.И.Расулева к уголовной ответственности.

Далее, разъяснение отдельных терминов, если они понятны подзащитному, это согласно ст.53 УПК РУз, обязанность защитника – «оказывать обвиняемому необходимую юридическую помощь»… Если же защитник сам недостаточно понимает смысл различных терминов в уголовных статьях, то он может обратиться к помощи Комментариев к Уголовному Кодексу РУз, и другой юридической литературе. Следователь не обязан заниматься над повышением юридических познаний защитников.

Комментарий

Очередное микширование своих прямых обязанностей под некие обязанности защиты, не оговоренные ст.53 УПК РУз. Для этого преднамеренно смешиваются понятия ‘защита’  и ‘помощь’. Предоставление защиты должно обеспечить  соблюдение прав  подзащитного, для чего собственно защитнику нет необходимости в регулярных юридических познаниях. Это полностью подтверждено нормами ст.49 УПК РУз. Под оказанием юридической  помощи подразумевается  конкретное  составление  документов  юридически правомочных  требований, но отнюдь не комментирование за следователя обвинительной квалификации предварительного следствия. Так вот, подзащитному не было обеспечено право на разъяснение квалификации предъявленного обвинения. Этим самым было искусственно ущемлено право подзащитного на участие в осуществляемом следователем процессе доказывания, которое, руководствуясь ст.24 УПК РУз обязан обеспечить опять таки не иначе как сам следователь.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.36, 377 УПК Республики Узбекистан, —

П О С Т А Н О В И Л:

  1. Отказать в удовлетворении ходатайства, заявленного защитником Якубовым Т. по уголовному делу 20/39089, в части дачи ему письменного разъяснения терминов уголовных статьей, предъявленных обвиняемому Расулеву Ю.И.

Комментарий

Заведомая ложь видна хотя бы из того, что  три  страницы  ходатайства умышленно сведены к якобы несущественной терминологической коллизии, заведомо вымышленной следователем, ибо он сам преступно уклонился от их разъяснений. Реально же подняты вопросы  симуляции6)  законности предъявления подзащитному обвинений, симуляции  законности подследственности производства дела №20/39089,  симуляции  неких чистосердечных раскаяний в содеянном и добровольности признательных показаний подзащитного Ю.И.Расулева.               (См. прил.)

Таким образом, Постановление ГСУ МВД РУз об отказе удовлетворения ходатайства по преступной прихоти  ст. следователя ГСУ МВД РУз, майора милиции А.С.Каршиева  превратилось в документирование процессуального произвола ГСУ МВД, которое отказало стороне защиты ради самого отказа, а не в силу основного принципа уголовного процесса – состязательного установления истины.

  1. О принятом решении уведомить защитника Якубова Т., предъявив ему копию настоящего постановления.

Старший следователь ГСУ МВД РУз

майор милиции               Каршиев А.С.  (Конец).

Преступный проект неокоммунистов Узбекистана по зачистке страны от любых оппозиционномыслящих людей и групп, особенно мусульман, предусматривал массовое нарушение положений Закона «Об обращениях граждан», если обращение граждан или их групп хоть как-то противоречил положениям этого проекта, и в первую очередь в делах тех, которые уголовно преследовались властями. «Не отвечать! Не реагировать!» — только так можно было реализовать данный чудовищный проект. Особенно это выпукло проявлялось в том, что касалось защиты обвиняемых, подсудимых и заключенных. Такая позиция власти в лице прокуратуры, СНБ, милиции, суда, Аппарата президента и прочих органов создавала у людей чувства отчаяния, безысходности, бесполезности борьбы, апатии. Наглость власти не имела границ. В деле Юлдаша Расулева против меня и Хакимы Расулевой, его защитников, именно так поступили Генеральная прокуратура, МВД, судебные органы начиная с Юнусабадского районного суда по уголовным делам г.Ташкента до Верховного суда РУз.

Узбекское «правосудие» абсолютно не придерживалось презумпции незнания, как и не придерживалось презумпции невиновности. Человек, имеющий юридическое образование, предъявлял обвинение другому человеку, не имеющему такое образование, причем кроме зачитания ему диспозиции уголовной статьи, по которой он обвиняется, следователь никогда, ни при каких обстоятельствах не объяснял обвиняемому смысл терминов, входящих в диспозицию статьи. Подавляющее большинство осужденных шли в тюрьмы так и непоняв в чем они обвинялись. Смысл понятий типа «фундаменталист», «сепаратист», «экстремист», «террорист», «джихадист», «ваххабист», «рецедивист», «конституционный строй», «покушавшийся на конституционный строй», «запрещенная организация», «массовые беспорядки», «агрессия» и т.д. не понимали не только обвиненные простые граждане, но и сами следователи и судьи. Последние выучивали лишь диспозицию уголовной статьи, но не смысл в нее входящих терминов. К тому же законодательный орган государства не смог или не захотел выработать законы, в которых давались бы исчерпывающие, аргументированные, обоснованные, основанные на международные правовые документы, разъяснения терминам, заложенные в уголовные статьи УК РУз.

Однажды судья не смог объяснить что означает «запрещенная организация». Он не смог что-либо добавить к тому, что сказал: это организация, которую запретила власть! И все. Пришлось ему объяснить по-пунктам: чтобы организация стала запрещенной, во-первых, она до запрещения была организацией, зарегистрированной государственным органом, во-вторых, по-крайней мере трижды предупрежденной со стороны зарегистрировавщего ее госоргана за грубое нарушение положений своего устава, в-третьих, со стороны этого же госоргана внесено обращение в суд о запрещении ее деятельности за продолжение с ее стороны нарушений положений своего устава, и, наконец, в-четвертых, должно быть судебное решение о запрещении ее деятельности. Тысячи мужчин и женщин были осуждены, обвиненные в членстве партии «Хизб ут-Тахрир». Во всех документах следствия и суда об этой организации пишут, что она является «запрещенной партией». Но ее в Узбекистане никто не запрещал. Нет юридических документов о запрещении этой партии! Лишь некоторые из подсудимых убежденно говорили, что они являются членами партии «Хизб ут-Тахрир». Адвокаты многих подсудимых заявляли, что их подзащитные «сознались» в членстве «Хизб ут-Тахрир» лишь потому, что они подвергались бесчеловечным пыткам. Среди подсудимых было немало и таких (особенно из сельских регионов), которые об «Хизб ут-Тахрир» впервые услышали во время следствия.

«Заслугой» Ислама Каримова перед узбекским народом смело можно считать то, что он для установления в стране своей абсолютной власти возглавил проект создания в Узбекистане неимоверно жестоких, человеконенавистнических, коррумпированных исполнительной и судебной власти, а также полностью притворных средств массовой информации. С политической точки зрения созданная им система является не просто диктатурой. Можно говорить о диктатуре Нурсултана Назарбаева, Владимира Путина или Александра Лукашенко, можно говорить о высокой коррумпированности власти, возглавляемых ими государств. Но нельзя говорить о неимоверной жестокости и человеконенавистничестве в них исполнительной и судебной власти, а также полной притворности всех средств массовой информации.

Эта «заслуга» И.Каримова дорого обошлась узбекскому народу.

СЛОВАРИК

1)СОФИСТ – Человек, обладающий искусством красноречия и спора, прибегающий к софизмам для доказательства заведомо неверных мыслей, положений;

2)МИКШИРОВАНИЕ – Сведе́ние к чему-либо другому, смешение с чем-либо другим;

3)БЛАНКЕТНОСТЬ  —  Нормы Особенной части Уголовного кодекса, в диспозициях которых не определяются признаки состава преступления или определяются не все его признаки, а отсутствующие описываются в других — не уголовных — законах и (или) иных нормативных правовых актах.

3)БЛАНК’ЕТНОСТЬ — Юридическое свойство нормативного текста, состоящее в том, что ряд признаков, необходимых для уяснения смысла нормы, содержится в других нормативных правовых актах, в том числе иной отраслевой принадлежности;

4)КВАЛИФИКАЦИЯОБВИНЕНИЙ (преступлений) — Установление и юридическое закрепление точного соответствия между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой;

5)КОЛЛИЗИЯ (юридическая коллизия) (лат. collisio — столкновение) — Расхождение или противоречие между нормативно-правовыми актами, регулирующими одни и те же или смежные правоотношения, а также между компетенцией органов власти;

6)СИМУЛЯЦИЯ (лат. simulatio) — Притворство, утверждение о наличии чего нибудь или скрывание чего нибудь с целью ввести в обман, в заблуждение, воспаление хитрости, совершаемая из корыстной или иной личной заинтересованности;

23 декабря 2012 г.

Франция.

Реклама
Categories: Uncategorized | Оставьте комментарий

Навигация по записям

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s

Блог на WordPress.com.

%d такие блоггеры, как: